|
Владимир Игоревич Свержин (настоящее имя Фидельман Владимир
Игоревич) (р. 9 февраля 1965, Харьков) — украинский писатель-фантаст, пишущий
по-русски.
В 1981 был исключен из средней школы «за хулиганство». Некоторое
время работал на харьковских заводах. Среднее образование завершил в школе
рабочей молодежи. Затем был призван в армию, служил на Балтийском флоте.
Люди такой породы пробегают десяток-другой ярдов с
отрубленной головой, едят гвозди и спят на снегу, завернувшись в попону.
(«Ищущий битву», 1997)
Свержин Владимир Игоревич
После армии работал в Харьковском оперативном соединении, в
ХТТУ, учился на историческом факультете Харьковского государственного
университета, был активным участником политических событий 1987–1991 годов,
работал журналистом, телохранителем, начальником службы охраны, специалистом по
геральдике.
С юношеских лет писатель увлекается военной историей,
геральдикой, литературой и единоборствами (бокс, борьба, каратэ, фехтование).
На данный момент Владимир Свержин президент
Научно-исследовательского Центра Экспериментальной Истории, вице-президент
Украинского геральдического коллегиума, мастер клинка, инструктор Федерации
контактного каратэ, член Международной Профессиональной Конфедерации
каскадеров.
— …Какая была задумка! Какое изощрённое коварство! И что?
Ну, ткнули тебя в бок заколдованным кинжалом. Что с них возьмёшь — дикие же
люди. Цветы барханов.
(«Ищущий битву», 1997)
Свержин Владимир Игоревич
В марте 1982 Владимир Свержин дебютировал на ежегодном
семинаре молодых авторов при харьковском отделении Союза Писателей.
В 1996 одно из харьковских издательств предложило Свержину
отредактировать текст поступившего туда романа. Материал был настолько сырой,
что обрабатывать его не имело смысла. Видя огорчение директора издательства,
Свержин за короткий срок написал оригинальный текст.
Это было рождением нового писателя-фантаста. В 1997 из-под
пера Владимира Свержина вышли три фантастических и один детективный роман.
Фантастические произведения увидели свет в издательстве «ЭКСМО»: «Ищущий
битву», «Колесничие Фортуны» и «Закон Единорога». Книги эти можно отнести к
приключенческой фантастике. В жанровом же отношении — это сплав «жесткой»
научной фантастики и фэнтези.
— Капитан! У меня есть мысль!
— Это не страшно. Может ещё рассосаться.
(«Ищущий битву», 1997)
Свержин Владимир Игоревич
— Произведения Владимира Свержина
— Альтернативная история (Институт экспериментальной истории)
1. Трехглавый орел
2. Ищущий Битву
3. Колесничие Фортуны
4. Закон Единорога
5. Крестовый поход восвояси
6. Все лорды Камелота
7. Чего стоит Париж?
8. Воронья стража
9. Сеятель бурь
10. Железный Сокол Гардарики
11. Время наступает
12. Фехтмейстер
13. Лицо отмщения
14. Сын погибели
— Фэнтези (Сыщик для феи)
1. Сыщик для феи
2. Когда наступит вчера
Свержин Владимир Игоревич - фото
Свержин Владимир Игоревич - цитаты

... В условиях отсутствия электрического освещения в первобытных пещерах какой-нибудь недобитый медведь спокойно мог перепутать праматерь этого достойного индивидуума со своей законной женой.
(«Колесничие Фортуны», 1997)

... Заставь дурака богу молиться, он себе лоб расшибёт, а не заставь — расшибёт кому-нибудь другому.
(«Все лорды Камелота», 2002)

... Шоб ему в следующем рождении караулить земную ось на полярной шапке…
(«Все лорды Камелота», 2002)

Будь на моём месте Джеймс Бонд, он бы инстинктивно начал нашаривать «Вальтер Р-99» пяткой правой ноги за левым ухом.
(«Все лорды Камелота», 2002)

Власть, словно наркотик, попавший однажды в кровь человека, толкала его на новые и новые преступления, постепенно выжигая в нём все чувства, кроме одного — жажды новой и новой власти. И сколько бы ни клялись мы, присвоившие себе право распоряжаться чужими жизнями, в благородстве своих помыслов и чистоте чувств — все мы были поражены этим сладким смертельным ядом.
(«Закон Единорога», 1997)

Вот оно, наказание за нарушение заповеди: не пожелай жены ближнего своего всуе!
(«Все лорды Камелота», 2002)

Все собираются в уединённом месте и радостно бьют друг другу морду.
(«Все лорды Камелота», 2002)

Всю жизнь свою шёл путём чести, всю жизнь благородным оружием утверждал добро против зла, но само добро сделал ли я кому-нибудь?
(«Закон Единорога», 1997)

Долгие годы упорных занятий различными видами воинских искусств глубоко укоренили в моём сознании мысль, что бой не надо вести. Его надо прекращать — быстро и окончательно, не давая противнику пользоваться его техническим арсеналом.
(«Закон Единорога», 1997)

Ежели в тебя ткнуть остро отточенной лопатой, в мир забрызжет, я бы даже сказал, зафонтанирует неиссякаемый поток полезных советов.
(«Все лорды Камелота», 2002)
Количество просмотров: 5374
|